Он же "Нагой обед". Отец чернухи в современной западной литературе, всю мерзость человеческого сознания (героиновый угар, разложение, копрофагия, старики, вожделеющие мальчиков и прочее, прочее, прочее) Берроуз вложил в свое творчество, свою никчемную жизнь и раздутое эго. Зло, ставшее культурным культом.
Единственная ценность довольно резиновой книги ни о чем - в прекрасно сформулированной мысли о "бесконечном расширении жизненного контекста".
Начал с перевода и комментариев Шридхара Махараджа, потом прочел отдельно перевод без комментариев, чтобы мозг не слишком угнетала односторонняя трактовка.
Последняя часть трилогии, но по сути, продолжение второй книги, такой процедурал с сексом, шпионами и погонями. Вообще, конечно, очень хочется, чтобы Ларссон, как и Лисбет, восстал из мертвых и написал еще семь книг.
На несколько порядков хуже "Смиллы", но одновременно и круче. Все бьются в истерике, пытаясь объяснить феномен, мне вообще ничего в голову не приходит, но, правда же, невероятно круто.
В ожидании "Имперских спален" перечитал всего Эллиса. Закончил сегодня "Гламорамой", которая самая любимая, и которую читал, кажется, раз 15. Все таки невероятная книга, которую (я сейчас буду писать как тупая девка на каком-нибудь литфоруме) каждый раз читаешь по-новому. Три мои любимые главы: когда Виктор вспоминает свою поездку с Хлоэ в Лос-Анджелес, тройничок Виктор-Бобби-Джейми, сцена в отеле в Париже, когда Виктор приходит к Хлоэ и они проводят вместе день.
Нууу. Зато из биографических заметок в википедии узнаем, что Моэм был не только джентльмен и шпион, но и несчастный "одинокий мужчина" - недаром водился с Ишервудом
Ну и где же поругание христианства, про которое кричат немодные писатели Козлов и Кокшенева? Испытание на вшивость: можете ли вы сами отделить мух от котлет, частное мнение о "церкви Павла" (противопоставленной, совершенно справедливо с исторической точки зрения, иудейской "церкви Иакова") от общего представления о вероучении или церкви как социальном институте, квази-историю от истории. Спорно содержательно, стилистически - услада.
Филигранно, только вот середина не может не смущать своей попыткой метафорично описать посмертие (с непременным Толстым в старческом маразме); и как-то по сравнению с другими ее романами теряется на полпути ключевая мысль, так что сидишь и думаешь - а про что все это было?
Вообще оргазм творческого сознания какой-то: Индия начала шестидесятых, и Гинзберг во всем величии, и про милые мелочи вроде минета Керуаку (sic!).
Ценно, конечно, но очень уж востоковеду сложно пробираться сквозь текст, посвященный исследованию мелких аспектов жизни Запада. Отрывками читал едва ли не месяц.
Симпатично, и вообще метко на предмет религиозных общин и культов, которые становятся вещью-в-себе. Все время боялся, что вот сейчас начнется какая-нибудь чертовщина вроде последней части "Моста", но все обошлось без скатологического надрыва.
Если бы не википедия, ни за что не заподозрил бы связь между травяным юмором "Образцового самца" и этим адским повествованием.
Ну а чего, познавательно. И про то, что монах в среднем в день потреблял 6800 калорий, и про то что всяческую алкогольную хрень от нечего делать бенедектинцы придумали (выпивая за год 1100 литров вина на человека).
Первый раз прочитал с начала и до конца - в переводе и с комментариями Десикачара, и даже исходный текст читал и проверял себя по транскрипции. Но вообще (в комментариях ли дело или в переводе) не так познавательно, как могло бы быть.
Литературщина, конечно, да и эссе само по себе такой жанр специфический, что авторская мысль неизбежно расплывается; зато внутренне целостно выстроено.
Даже телемитов упомянул, причем весьма лояльно; может, стилистически неровно, зато форма и эпиграфы превосходны - во всяком случае, я впервые понял почему он "апологет христианства".
20-летняя Манон приезжает из французского захолустья в Париж работать моделью, но устраивается официанткой, так как не хочет ни под кого ложиться. На вечеринке по случаю закрытого просмотра фильма с Ди Каприо и Бриттани Мерфи Манон знакомится с мультимиллиардером Дереком, и после плохенького секса отправляется в «Шанель» за обновками. Дальше следуют обложки журналов, мультимиллионные рекламные контракты и съемки в кино, практически у Триера. После нервного срыва на пресс-конференции, Манон просыпается в том же номере «Ритца» в котором уснула два года назад, без денег, очков из последней коллекции «Гуччи» и главной роли в «триеровском» хите. Манон думает, что сошла с ума, а позже понимает, что Дерек зло над ней посмеялся, и идет с пистолетом в сумочке выяснять отношения.
Две с половиной трети книги – перепечатка «Гламорамы», на что я, собственно говоря и купился, прочитав несколько глав в декабрьском «Снобе». И если опустить эти ничтожные рассуждения в духе Бегбедера или там Уэльбека, то читать все это интересно, как и любую другую дерьмовую перепечатку Эллиса, если только это не Минаевское merde. На нет все сводят две последние главы с двойным или даже тройным финалом, такая хуйня прокатывает только в авантюрных фильмах для лохов и лохушек, и в двух любимых сериалах: «Damages» и «Dirty Sexy Money».
Две с половиной трети книги – перепечатка «Гламорамы», на что я, собственно говоря и купился, прочитав несколько глав в декабрьском «Снобе». И если опустить эти ничтожные рассуждения в духе Бегбедера или там Уэльбека, то читать все это интересно, как и любую другую дерьмовую перепечатку Эллиса, если только это не Минаевское merde. На нет все сводят две последние главы с двойным или даже тройным финалом, такая хуйня прокатывает только в авантюрных фильмах для лохов и лохушек, и в двух любимых сериалах: «Damages» и «Dirty Sexy Money».
Очень круто - и свежими колоритами, и тем, что повествование не приедается и лихо закручено, и перевод недурен, и вообще этот магический реализм с погружением в индийский криминал; разве что "Детей полуночи" немного повторяет общей логикой сюжета.

